Company Logo

Защита мозга

Второй способ — отдых. Лучше всего — в виде сна той максимальной продолжительности, которая допустима в данной ситуации. Например, борец-классик, олимпийский чемпион 1976 года А. Быков мог погружаться в восстановительный отдых на протяжении всего лишь 30—40 секунд, заимствованных из минутного перерыва между схватками. Стрелки-стендовики имеют возможность для отдыха-сна между сериями по меньшей мере в течение 10—15 минут. Игровики могут отдыхать между таймами, периодами по 3-5 минут и т. д. Причем не требуется каких-либо особых условий — опытные в этом отношении спортсмены могут хорошо отдохнуть, даже сидя на шведской скамейке «в позе кучера». А если появится возможность лечь — скажем, на мат или на ковер, — то лучшего и желать не надо. Что же касается доказательств большой пользы такого самовнушенного отдыха-сна, то оно было изложено в главе второй (в разделе «Восстановление сил»). Умение выключать головной мозг из напряжения и погружаться в отдых-сон, хотя бы кратковременный — очень важное умение, обеспечивающее возникновение чувства «нервно-психической свежести».

Конечно, устают и мышцы, но способы восстановления их работоспособности хорошо известны и применяются повсеместно: это различные тепловые и электропроцедуры, бани, массаж, барокамеры и т. п. Так что с уставшими мышцами на сегодняшний день можно справляться достаточно успешно. Что же касается восстановления потенциала нервных клеток головного мозга, то этот процесс пока не получил должного внедрения в отечественную спортивную практику. Поэтому и приходится наблюдать все учащающиеся случаи перетренировок, особенно у юных спортсменов — ведь нагрузки неуклонно растут, а правильное восстановление сил организовано далеко не лучшим образом.

Перейдем ко второму правилу психогигиены — «Всегда быть в хорошем настроении!». Не перестает огорчать то упорство, с каким наши тренеры и спортсмены его игнорируют. Взять хотя бы фигурное катание на коньках, где так тесно переплетаются спорт и искусство. Тут и прекрасная музыка, и красивые костюмы, и богатейшие возможности для использования мимики и пантомимики, которые должны выражать тонкости душевных переживаний спортсменов. Ведь, как справедливо заметил великий Ф. И. Шаляпин, «жест есть движение души, а не тела».

Но часто ли мы видим счастливых, улыбающихся фигуристов в минуты соревнований? Правда, есть такие, которые умеют в нужный момент изобразить на лице некое подобие улыбки, а некоторые всю программу катают с этакими застывшими, «приклеенными» улыбками, изображающими их несгибаемую радость. А во время показательных выступлений, когда уже не довлеют судейские оценки, спортсмены обретают естественное хорошее настроение, что сразу же делает их катание свободным, элегантным, выразительным, подлинно артистичным. Почему же такой же естественной артистичности, предусмотренной самой спецификой фигурного катания, нет в минуты соревнований?

Считаю, что главная причина — в изначально неправильном воспитании юных спортсменов. Их, что называется, с младых ногтей начинают держать в «ежовых рукавицах», пытаясь подчас придать этим жестким «рукавицам» мягкость кошачьих лапок без когтей. Но когти то и дело выпускаются, прочно закрепляя в душах будущих звезд чувство страха. И дети, вместо того чтобы, играя, постепенно подниматься к доступным им вершинам в спорте, с малых лет непосильно трудятся, все время опасаясь какого-то неодобрения со стороны уставших, плохо оплачиваемых и раздраженных тренеров, а также родителей, многие из которых пытаются сделать из своих талантливых детей нечто вроде живой сберегательной книжки для обеспечения материального благополучия.

Однажды мне пришлось наблюдать за тем, как маленькие фигуристки, разминаясь, выполняли прыжок «двойной аксель», причем выполняли его вполне прилично. Но вот раздался властный голос председателя судейской комиссии: «Разминка окончена. На лед приглашается такая-то...» — и малышки, которые еще несколько минут назад прекрасно выполняли этот прыжок, под суровыми взглядами судей начали падать одна за другой, как подкошенные.




Яндекс.Метрика